80-летие Нюрнбергского процесса 1945 -1946гг. Секретный дополнительный Протокол к Договору о ненападении СССР-Германией.

Открытй семинар: 80-летие Нюрнбергского процесса 1945-1946 гг. Тема «НЮРНБЕРГСКИЙ ПРОЦЕСС МЕЖДУНАРОДНОГО ВОЕННОГО ТРИБУНАЛА О ПОДЛОГЕ «СЕКРЕТНОГО ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО ПРОТОКОЛА» К СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОМУ ДОГОВОРУ О НЕНАПАДЕНИИ ОТ 1939Г. (ПАКТ МОЛОТОВА -РИББЕНТРОПА)».

Горохов Владимир Михайлович независимый исследователь г. Ростов-на-Дону, Россия

Аннотация. Исследуется обстоятельства появления «секретного дополнительного протокола» к Договору о ненападении между Германией и Советским Союзом от 23 августа 1939 г. и проверяется его корректность. Делается вывод, что так называемый «секретный дополнительный протокол» не что иное, как фальшивка, изготовленная с целью исключить из обвинительного заключения раздел об ответственности Германии за агрессию против Польши, СССР и других государств.

Ключевые слова. Вторая Мировая война. Мюнхенский сговор. Политика западных европейских стран на «умиротворение агрессора». Великая Отечественная война. Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом от 23 августа 1939 г. Агрессия Гитлеровской Германии на СССР. Нюрнбергский процесс. Материалы Международного Военного трибунала заседавшего в Нюрнберге с 20 ноября 1945 г – 01 октября 1946 г. Секретный Дополнительный протокол. Провокация адвоката Зейделя (Зейдля). Первый и Второй аффидевиты доктора Гаусса (Гауса). Приговор МВТ. Наказание Геринга, Риббентропа, Гесса, и других главных немецких военных преступников.

THE NUREMBERG TRIAL OF THE INTERNATIONAL MILITARY TRIBUNAL ON THE FORGERY OF THE "SECRET ADDITIONAL PROTOCOL" TO THE SOVIET-GERMAN NON-AGGRESSION TREATY OF 1939 (MOLOTOV-RIBBENTROP PACT)

Gorokhov Vladimir Mikhailovich

Abstract. The circumstances of the appearance of the "secret additional protocol" to the Non-Aggression

Treaty between Germany and the Soviet Union of August 23, 1939 are investigated and its correctness is checked. It is concluded that the so-called "secret additional protocol" is nothing more than a fake made in order to exclude from the indictment the section on Germany's responsibility for aggression against Poland, the

USSR and other states.

Keywords. World War II. Munich collusion. The policy of Western European countries to "pacify the aggressor." Great Patriotic War. Non-Aggression Treaty between Germany and the Soviet Union of August 23, 1939.

Aggression of Hitler's Germany on the USSR. Nuremberg Trials. Materials of the International Military Tribunal.

Вторая Мировая война была развязана немецкими нацистами и наиболее реакционными кругами мирового финансового капитала, которые привели Гитлера к власти, вооружили его, и направили его агрессию на восток – прежде всего на Совесткий Союз. Гитлеровская Германия и государства её блока стремились силой оружия проложить себе путь к мировому господству. По масштабам, людским потерям, материальным потерям, потерям в области культуры и искусства эта война не имеет себе равных.

Вторая Мировая война полыхала шесть лет. Территория вооружённой борьбы охватывала территории более 40-ка стран Европы, Азии и Африки. В войну были втянуты около 80% населения планеты. Война унесла более чем 50 миллионов жизней граждан различных стран. Тысячи городов, десятки тысяч поселений было разрушено. Вторжение гитлеровской Германии в Польшу 1-го сентября 1939 г. стало отправной точкой Второй Мировой войны. Затем последовало вторжение германских войск в ряд стран Западной Европы, а 22 июня 1941 г. нацистская Германия нападала на Союз Советских Социалистических Республик. Доктрина блицкрига и миф о непобедимости гитлеровской армии были развеяны на полях боёв с Рабоче-

Крестьянской Красной Армией. Войска гитлеровского блока, вторгшиеся на территорию СССР, были разгромлены и изгнаны за пределы Советского Союза. Началось освобождение от оккупации стран Европы. Германия потерпела полный крах и 9 мая 1945 г. капитулировала. В обращении к советскому народу в день великой Победы над Германией глава светского государства Сталин И.В. заявил: «Вековая борьба славянских народов за своё существование и свою независимость окончилась победой над немецкими захватчиками и немецкой тиранией. Отныне над Европой будет развиваться великое знамя свободы народов и мира между народами» [1, 193.] Страны - победительницы, - СССР, США, Великобритания и Франция 8 августа 1945 г. вступили в Соглашение о судебном преследовании и наказании главных военных преступников европейских стран оси [2, Л.1-4]. Был создан Международный Военный Трибунал (далее - МВТ) для суда над военными преступниками, преступления которых не связаны с определенным географическим местом, независимо от того, будут ли они обвиняться индивидуально, или в качестве членов организаций или групп, или в том и другом качестве, принят Устав МВТ [3, 5-16]. С 20 ноября 1945 г по 01 октября 1946 г. Трибунал заседал в г. Нюрнберге, Германия, в американской зоне оккупации. Трибунал рассмотрел дела 24–х немецких военных преступников и семи преступных организаций. Международный Военный Трибунал над главными немецкими военными преступниками – уникальное событие в мировой истории. Суд провёл 407 открытых судебных заседаний. Было допрошено 116 свидетелей, 143 свидетеля дали показания, заполнив опросные листы, были представлены шесть отчётов, содержащих около 200 000 различных письменных показаний. Документальные доказательства исчислялись несколькими тысячами. Процесс вёлся на русском, английском, французском и немецком языках. 30 сентября и 01 октября был оглашён приговор Международного Военного Трибунала.

12 подсудимых были приговорены к смертной казни через повешение, трое оправданы, остальные получили наказания в виде лишения свободы пожизненно или на длительные сроки [4]. В ходе судебного процесса английская и американская стороны многократно проявили недобросовестность. Против СССР были проведены многие провокации, в том числе уничтожение подлинных документов, подлоги документов, подмена свидетелей, убийства советских участников процесса и обслуживающего персонала. Одна из провокаций – манипуляция адвоката Зейделя, защитника Франка и защитника Гесса с некими, ранее никому не известными «документами», фактически фальшивками, которые были нацелены на подрыв авторитета СССР в связи с его международной деятельностью накануне Второй Мировой Войны. Вопрос касался двух договоров:

- «Договора о ненападении между Германией и Советским Союзом» - межправительственного

соглашения, подписанного 23 августа 1939 г. главами ведомств по иностранным делам Германии и Со-

ветского Союза [5]. Этот документ принято называть в историографии «Пакт Молотова — Риббентро-

па»;

- «Германо-совесткий договора о дружбе и границе», подписанного Германией и Советским Сою-

зом 28 сентября 1939 г. Это договор касался, прежде всего, общих границ между Германией и СССР,

возникших после вторжения гитлеровских армий в Польшу [6].

Оба договора, «Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом» от 23 августа

1939 г. и «Германо-совесткий договор о дружбе и границе» от 28 сентября 1939 г. были опубликованы в

советской прессе, то есть были открытыми документами [7] и [8].

Оба документа входили в массив документов Международного Военного Трибунала в Нюрнберге

- экземпляр GB-145 [9, 566].

Никакие дополнительные соглашения или дополнительные протоколы в тексте этих договоров

не указывалось и к этим договорам, вошедшим в массив документов Международного Военного Трибу-

нала, не прилагались.

Следует принять во внимание тот факт, что подписанию Договора о ненападении между Герма-

нией и Советским Союзом» от 23 августа 1939 г. предшествовали такие события как подписание

29 сентября 1938 г. Мюнхенского соглашения между гитлеровской Германией, Италией, Англией и

Францией об отторжении Судетской области от Чехословакии. Это соглашение принято в историографии называть «Мюнхенский сговор». Тем самым Англия, Франция и Италия, стремясь умиротворить ненасытного агрессора, пошли на уступки гитлеровской Германии. Это явилось ни чем иным как поощрением дальнейших агрессивных действий Германии. Политика «умиротворения агрессора» ускорило развязывание Второй Мировой войны [10, 31]. Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом был подписан в крайне сложной международной обстановке. Англия и Франция придерживались «Мюнхенского сговора» и попустительствовали гитлеровской Германии в её стремлении осуществить агрессию против миролюбивых, прежде всего славянских стран, избравших социалистический путь развития, а также стран, народы которых, видя успехи в построении социализма в сталинском СССР, стремились вернуться в историческую Россию и вновь воссоединиться с русским народом, с которым они совместно жили многие тысячелетия до Первой Мировой войны. Накануне Второй Мировой войны многие страны заключили договора и соглашения о ненападении, или сделали соответствующие заявления. Наиболее подробно перечень заключённых накануне

Второй Мировой войны договоров приведён в вышедшем в 1965 г. в Германской Демократической Республике академическом издании «Welt Geschichte in Daten». VEB Deutscher Verlag der Wissenschaften

Berlin 1965. Перевод на русский язык. Васина В.Г. «Всемирная история. Даты и события». Издательство «Международные отношения». Москва. 1968 [10]. В качестве примера приведем из этого академического издания некоторые договора о ненападении, договора о дружбе, соответствующие им межправительственные соглашения или заявления европейских стран, широко опубликованные в период с 1932 по 1941 гг.

21 января 1932 г. Договор о ненападении между СССР и Финляндией [10, 25].

5 февраля 1932 г. Договор о ненападении между СССР и Латвией [10, 25].

4 мая 1932 г. Договор о ненападении между СССР и Эстонией [10, 25].

25 июля 1932 г. Договор о ненападении между СССР и Польшей [10, 25].

29 ноября 1932 г. Договор о ненападении между СССР и Францией [10, 25].

11 декабря 1932 г. признание Великобританией, США, Францией и Италией «принципа равноправия» Германии в области вооружений на совещании в Женеве. Фактически поощряется гонка вооружений Германии [10, 12].

15 июля 1933 г. Подписан Пакт о поддержании мира между странами–участницами и возможности ревизии мирных договоров между Великобританией, Францией, Италией и Германией. (Пакт не ратифицирован) [10, 12].

2 сентября 1933 г. Подписание Италией и СССР Договора о дружбе, ненападении и нейтралитете [10, 40].

26 января 1934 г. заключен Польско-германский пакт о ненападении [10, 12].

Май 1934 г. Советско-французские переговоры о заключении «Восточного пакта». Переговоры закончились безрезультатно из-за нажима Великобритании и Германии на Францию [10, 13].

7 января 1935 г. Римские соглашения Лаваля – Муссолини. Италия берёт на себя «обязательство» защищать независимость Австрии [10, 13].

2 мая 1935 г. Подписан Договор о взаимопомощи между СССР и Францией [10, 13].

16 мая 1935 г. Подписан Договор о взаимопомощи между СССР и Чехословакией [10, 13].

18 июня 1935 г. Германо-английское морское соглашение. Германия получает право на строительство подводного флота в тех же размерах, что и Великобритания [10, 13].

12 марта 1936 г. Подписание протокола о взаимопомощи СССР с Монгольской Народной Республикой [10, 25].

11 июля 1936 г. Германо-австрийское соглашение о подтверждении суверенитета Австрии и невмешательства в её внутренние дела [10, 13].

26 августа 1936 г. Англо-египетский договор о союзе [10, 13].

25 октября 1936 г. Германо-итальянское соглашение о разделе сфер влияния, о совместных действиях в районе Балкан и бассейна Дуная, совместной борьбе против Испанской республики, признании аннексии Эфиопии [10, 13].

25 ноября 1936 г. Германия и Япония подписывают «Антикоминтерновский пакт» [10, 52].

29 ноября и 5 декабря 1936 г. Заявление Англии и Франции о выполнении гарантий в случае нападения Германии на Бельгию [10, 37].

2 января 1937 г. Итало-английское соглашение о Средиземном море [10, 40].

21 августа 1937 г. Советско-китайский договор о ненападении [10, 13].

6 ноября 1937 г. Вступление Италии в «Антикоминтерновский пакт» [10, 40].

19 ноября 1937 г. Лорд Галифакс (Великобритания) по поручению магнатов тяжёлой промышленности встречается с Гитлером. На встрече состоялось одобрение политики Германии в Европе, в результате чего агрессивность Германии усиливается. (Заключено тайное соглашение) [10, 31].

16 апреля 1938 г. Англо-итальянское соглашение об установлении добрососедских отношений в районе Средиземного моря и в Восточной Африке [10, 14].

4 июля 1938 г. Франко-турецкий договор о дружбе [10, 14].

26 июля - 13 сентября 1938 г. Подготовка широкого англо-германского соглашения о передаче Германии Судетской области Чехословакии. Встреча Чемберлена и Гитлера в Берхтесгадене [10, 13].

29 сентября 1938 г. – Мюнхенское соглашение между гитлеровской Германией, Италией, Англией и Францией об отторжении Судетской области от Чехословакии. (Мюнхенский сговор). Это явилось ни чем иным как поощрением дальнейших агрессивных действий Германии. Политика

«умиротворения агрессора» ускоряет развязывание Второй Мировой войны [10, 31].

30 сентября 1938 г. Англо-германская декларация о ненападении и мирном урегулировании всех спорных вопросов [10, 14].

6 декабря 1938 г. Франко-германское заявление о ненападении [10, 14].

15 марта 1939 г. Дюссельдорфское соглашение между германскими и английскими промышленниками о тесном взаимодействии и о разделе рынков [10, 14].

17 марта 1939 г. Пакт о дружбе и ненападении Португалии и Испании [10, 44].

22 марта 1939 г. Заявление Англии и Франции об оказании помощи Голландии, Бельгии и Швейцарии [10, 14].

23 марта 1939 г. Германо-румынское экономический договор [10, 14].

23 марта 1939 г. Заявление Чемберлена об одобрении агрессивных планов гитлеровской Германии в Юго-Восточной Европе [10, 31].44

31 марта 1939 г. Заявление английского правительства о гарантиях Польше [10, 31].

7 апреля 1939 г. Вступление Испании в «Антикоминтерновский пакт» [10, 43].

13 апреля 1939 г. Англо-французские заявления о гарантиях безопасности Румынии и Греции [10, 14].

25 апреля 1939 г. Договор Ирландии и Англии об улучшении экономических отношений [10, 31].

Апрель – август 1939 г. Англо-франко-советские переговоры о заключении Пакта о взаимопомощи в целях обуздания гитлеровской Германии. Срыв подписания указанного Пакта из-за стремления Англии и Франции навязать СССР односторонние обязательства. Поддержка Англией и Францией нежелания Польши и Румынии пропустить в случае германской агрессии на свою территорию советские войска [10, 14].

7 июня 1939 г. Подписание в Берлине Пакта о ненападении Латвии и Германии [10, 62].

12 мая 1939 г. Англо-турецкая декларация о взаимопомощи в случае агрессии в районе Средиземного моря [10, 14].

22 мая 1939 г. Пакт о дружбе и союзе между Германией и Италией, (Стальной пакт) [10, 14].

7 июня 1939 г. Подписание в Берлине Пакта о ненападении между Эстонией и Германией [10, 63].

23 июня 1939 г. Франко-турецкое заявление о взаимопомощи [10, 15].

Июнь – август 1939 г. Секретные англо-германские переговоры (и соглашения) о разделе мировых рынков [10, 13].

24 июля 1939 г. Соглашение между Японией и Великобританией о признании господствующего положения Японии в Китае («Дальневосточный Мюнхен») [10, 15].

12-21 августа 1939 г. Безрезультативные англо-франко-советские военные переговоры в Москве о совместных действиях в случае агрессии Германии на Францию, или Англию, или Польшу, или Румынию или СССР. Нежелание Англии и Франции добиться создания реального барьера для нацистской

агрессии завели переговоры в тупик. Делегации Англии и Франции умышленно затягивали переговоры, не проявляли действительного стремления к серьёзному сотрудничеству с СССР. Таким образом, Англия и Франция отказались от сотрудничества с СССР и тем самым фактически создали благоприятные условия для гитлеровской агрессии на Польшу [10, 15].

23 августа 1939 г. Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом. Этот Договор в историографии принято называть «Пактом Молотова – Риббентропа» [10, 15].

25 августа 1939 г. Подписание англо-польского договора о взаимопомощи [10, 31].

27 августа 1939 г. Заявление Германии об уважении нейтралитета Нидерландов [10, 37].

27-28 августа 1939 г. Заверение Германии и франко-английское заявление об уважении бельгийского нейтралитета в случае войны [10, 37].

31 августа 1939 г. Правительство Франции подтверждает гарантии, данные Польше [10, 37].

28 сентября 1939 г. «Германо-совесткий договор о дружбе и границе». Договор касается, прежде

всего, общих границ между Германией и СССР [6].

28 сентября 1939 г. Подписание мирного договора о взаимопомощи между Эстонией и СССР [10, 62].

5 октября 1939 г. Подписание Договора о взаимопомощи между СССР и Латвией [10, 61].

10 октября 1939 г. Подписание Договора о взаимопомощи между Литвой и СССР [10, 60].

17 апреля 1940 г. Заключение литовско-германского экономического Договора [10, 60].

27 сентября 1940 г. Берлинский пакт 1940 г., известный также как Пакт трёх держав 1940 г. или Тройственный пакт. Международный договор (пакт), заключённый сроком на 10 лет между главными державами Оси: Германией, Италией и Японией. Берлинский пакт предусматривал разграничение зон влияния между странами Оси при установлении нового мирового порядка и военной взаимопомощи [11, 360].

5 апреля 1941 г. Договор о дружбе и ненападении СССР с Югославией [10, 26].

13 апреля 1941 г. Советско-японский договор о нейтралитете [10, 26].

Как видим из приведённого неполного перечня заключённых накануне Второй Мировой войны международных договоров странами Европы и других континентов, заключение Пакта о ненападении между СССР и Германией 23 августа 1939 г., является не чем иным, как общепринятой нормой того исторического периода.

С началом 1939 г. мир стоял на гране новой мировой войны. Гитлеровская Германия с согласия правительств европейских стран уже присоединила Австрию, поглотила Чехию и готовилась захватить польский Гданьск.

21 августа 1939 г. Английская и Французская делегации во время переговоров в Москве с Советским Союзом о совместных действиях в случае агрессии Германии на Францию, Англию, Польшу, Румынию или СССР, устроили демарш. Сначала они затягивали переговоры, никоим образом не проявляли действительного стремления к сотрудничеству с СССР. Затем они завели переговоры в тупик, и демонстративно покинули место переговоров. Произошёл срыв переговоров, которые Совесткий Союз стремился провести с целью создания единого союза государств на обуздание гитлеровской Германии в её стремлении вести агрессивные войны против миролюбивых стран Европы. Таким образом, Англия и Франция фактически создали благоприятные условия для гитлеровской агрессии на Польшу [10, 15].

Для Советского Союза подписание 23 августа 1939 г. Договора о ненападении между Германией и Советским Союзом было вынужденным действием, так как Англия, Франция и другие государства Европы фактически придерживались «Мюнхенского сговора» и попустительствовали гитлеровской Германии в её стремлении осуществить агрессию против миролюбивых стран. С целью сокрытия недобросовестной деятельности правительств некоторых европейских государств накануне Второй Мировой войны, что в конечном итоге привело к нападению гитлеровской Германии на Польшу и к развязыванию Второй Мировой войны, в ходе судебного процесса в Нюрнберге была проведена провокация с предоставлением суду фальшивок - «секретных дополнительных протоколов» к договорам межу СССР и Германией от 1939 г. Тема исследования касается двух договоров между Германией и Советским Союзом, заключенных в 1939 году:

1. Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом. Межправительственное соглашение, подписанное в Москве 23 августа 1939 г. главами ведомств по иностранным делам Германии (МИД Германии Риббентроп) и Советского Союза (НКИД Молотов). Договор ратифицирован Верховным Советом СССР и рейхстагом Германии 31 августа 1939 г. Обмен ратификационными грамотами произведён в Берлине 24 сентября 1939 г. Находится на хранении в Архиве внешней политики РФ.

24 августа 1939 г. опубликован в центральных газетах СССР [5];

2. Германо-советский договор о дружбе и границе между СССР и Германией от 28 сентября

1939 г. В историографии называется «Пакт о дружбе и границе между СССР и Германией от 28 сентября 1939 г.» 29 сентября 1939 г. – опубликован в центральных газетах СССР [6].

В настоящей научной работе исследуется обстоятельства появления в ходе Нюрнбергского процесса 1945-1946 гг. двух неких «секретных дополнительных протоколов»:

1. Некий «Секретный дополнительный протокол от 23 августа 1939 г.», впервые появившийся в марте 1946 г. во время Нюрнбергского процесса. Единица хранения неизвестного происхождения.

Некая якобы «сохранившаяся машинописная копия». Находится на хранении в Архиве внешней политики РФ [12, 1-2].

2. Некий «Секретный Дополнительный протокол от 28 сентября 1939 г.», впервые появившийся в марте 1946 г. во время Нюрнбергского процесса. Единица хранения неизвестного происхождения. Некая «сохранившаяся машинописная копия». Находится на хранении в Архиве внешней политики РФ [13, 5]. Также будут исследованы связанные с ними так называемые аффидевиты Гаусса:

1. Первый аффидевит Гаусса от 15 марта 1943 г. [14, 11-12.].

2. Второй аффидевит Гаусса от 11 (возможно от 01) апреля 1946 г. [15, 566].

3. Третий Аффидевит Гаусса от 17 мая 1946 г. [16, 81-84].

По своему содержанию Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом не был направлен против третьей стороны. Поэтому ни какие «дополнительные протоколы» или иные приложения к Договору о ненападении между Германией и Советским Союзом не могли иметь содержания, противоречащего его сути, то есть быть направленными против третьей стороны. В тексте Договора о ненападении между СССР и Германией не указано о существовании приложений к нему.46

О существовании некоего «Секретного дополнительного протокола» не было известно ни одному политическому деятелю, ни одной страны мира до войны, во время войны, и после её окончания. Если бы такой Секретный дополнительный протокол существовал, то гитлеровские пропагандисты, несомненно, использовали бы его в своих целях для подрыва дружеских взаимоотношений русского и польского народов. Впервые о некоем «Секретном дополнительном протоколе» было заявлено во время судебного

процесса Международного Военного Трибунала в г. Нюрнберг в 1946 г. защитником подсудимого Ганса Франка и подсудимого Рудольфа Гесса (с 05 февраля 1946 г.) адвокатом доктором Альфредом Зейделем (далее адвокат Зейдель) [18, 408]. До 04 февраля 1946 г. защитником подсудимого Гесса был адвокат Гюнтер фон Роршейдт. Однако адвокат Гюнтер фон Роршейдт получил травму в дорожно транспортном происшествии и не смог выполнять обязательства защитника.

15 марта 1946 г. адвокат Зейдель заявил своё первое письменное ходатайство - предоставил суду «свою документальную книгу» (то есть документы) для защиты подсудимого Гесса. В числе этих документов «секретного дополнительного протокола» не было [14, 11-12].

25 марта 1946 г. на утреннем заседании адвокат Зейдель заявил следующее: «… моя обязанность заключается в том, чтобы кратко обсудить доказательства, которые в 1939 привели к началу войны. Насчёт этого я могу сказать следующее: 23 августа 1939 г. в Москве был заключён

пакт о ненападении между Германией и Советским Союзом, который уже представлен обвинением как экземпляр GB-145 (документ ТС-25). В тот же день, то есть за неделю до начала войны и за 3 дня до запланированной атаки на Польшу, эти две нации заключили ещё одно секретное соглашение. Это секретное соглашение, по сути, содержало определение сфер интересов обеих наций на европейской территории, лежащей между Германией и Советским Союзом» [14, 11-12].

Это было первое заявление о якобы существовании «секретных дополнительных протоколов». Заявление адвоката Зейдля было провокационным, поскольку было направлено на обвинение

Советского Союза в соучастии в развязывании войны. Далее адвокат Зейдель попытался зачитать некоторую часть письменных показаний от 15 марта

1946 г. доктора Фридриха Гаусса, (далее - доктор Гаусс) немецкого дипломата, начальника правового департамента МИД Германии в 1923 – 1943 гг. Однако председатель суда не позволил адвокату Зейделю зачитать письменные показания доктора Гаусса, и дал рекомендацию соблюдать установленный порядок делопроизводства, направить документ на перевод, и затем представить Суду [17, 11-13].

В тот же день 25 марта 1946 г. на вечернем заседании адвокат Зейдель заявил устное ходатайство о допросе свидетеля доктора Гаусса и ходатайство об оглашении ранее данных свидетелем Гауссом показаний (аффидевита). При этом адвокат Зейдель действовал не добросовестно – предоставлял

«эти письменные показания» свидетеля Гаусса «в последнюю минуту» не дав возможности защите заблаговременно изучить их [17, 46].

Трибунал отказал адвокату Зейделю в допросе свидетеля Гаусса и в оглашении показаний свидетеля Гаусса. Трибунал потребовал от адвоката Зейделя выполнить все необходимые формальности, - должным образом оформить ходатайства о допросе свидетеля Гаусса и отправить показания свидетеля Гаусса на перевод, и затем предоставить их Суду [17, 46-47].

Показания доктора Гаусса от 15 марта 1946 г. в историографии принято называть «Первый аффидевит Гаусса». Первый аффидевит Гаусса представлял собой собственноручный текст, написанный доктором Гауссом в начале марта 1946 г. во внутренней тюрьме Дворца правосудий г. Нюрнберг. Первый аффидевит Гаусса содержал некие общие воспоминания доктора Гаусса о подписании Договора о ненападении между Германией и Советским Союзом от 23 августа 1939 г. Первый аффидевит Гаусса формально был не корректен – не заверен должным образом нотариусом или иным лицом, имеющим право заверять подпись изготовителя аффидевита. В этом конкретном случае аффидевит мог заверить начальник тюрьмы, в которой содержался доктор Гаусс или нотариусом. Однако заверительной подпи-

си сделано не было. По этому формальному признаку Первый аффидевит Гаусса является некорректным документом, и не имеет доказательной силы.

Адвокат Зейдель в своей книге «Дело Рудольфа Гесса. Документация защитника», вышедшей на немецком языке в Мюнхене в 1984 г., подробно описывает то, как он смог получить письменные показания доктора Гаусса [19]. Доктор Гаусс как высокое должностное лицо гитлеровской Германии по

окончании боевых действий был заключён под стражу английскими оккупационными силами и содержался в лагере под Бременом, а затем в лагере под Ганновером на территории зоны оккупации Англии.

Доктор Гаусс был заявлен в качестве свидетеля защитником подсудимого Риббентропа. Он был разыскан английской стороной обвинения, доставлен и помещён во внутреннюю тюрьму Нюрнбергского Дворца Правосудия. Однако впоследствии защитник подсудимого Риббентропа отказался допрашивать свидетеля доктора Гаусса. Адвокат Зейдель узнал о том, что доктор Гаусс находится в г. Нюрнберге во внутренней тюрьме Дворца правосудия, пришёл в начале марта 1946 г. в тюремную камеру к доктору

Гауссу и попросил подробно описать то, как проходили советско-германские переговоры в августе 1939 г. в Москве [20].

Первый аффидевит Гаусса от 15 марта 1946 г. впоследствии был приобщён к документам МВТ под номером Гесс-16 [15, 564].

Вопрос о «секретном протоколе» 25 марта 1946 г. Суд не рассматривал ввиду того, что некий «секретного протокол» не был предоставлен обвинению и суду заблаговременно, как того требовал Регламент Трибунала [21].

Однако адвокат Зейдель предпринял попытку зачитать в судебном заседании некое «секретное соглашение» к Договору о ненападении между Германией и Советским Союзом, текст которого якобы был у него [17, 11-12].

При этом адвокат Зейдель утверждал, что у него находится «немецкая копия» так называемого «секретного соглашения». Советская сторона обвинения решительно возразила против оглашения этого «документа», так как о его существовании ни чего не было известно. Стороне обвинения этот «доку-

мент» не был представлен заблаговременно, как того требовал Регламент Трибунала. Также не был сделан перевод «секретного соглашения» на русский, английский и французский языки [17, 11-12]. Трибунал отказал адвокату Зейделю в оглашении «секретного соглашения», и потребовал

предоставить копии стороне обвинения. Председатель Трибунала заявил: «…после того как это сделают, мы можем повторно рассмотреть этот вопрос» [17, 11-12].

13 апреля 1946 г. адвокат Зейдель заявил второе письменное ходатайство о разрешении предоставить документальное дополнение под номером «Гесс-17». Которое включало:

1) «Германо-советский пакт о ненападении от 23 августа 1939, который уже представило обвинение как экземпляр GB-145.

2) Относящийся к нему дополнительный протокол от этой же даты.

3) Германо-совесткий пакт о дружбе и границе от 28 сентября 1939.

4) Секретный дополнительный протокол от той же даты, который относился к нему.

5) Вторые письменные показания посла, доктора Гаусса, указанные ранее». (Так в стенограмме судебного заседания) [15, 566]. (Вторые письменные показания свидетеля доктора Гаусса от 1 апреля 1946 г. принято в историографии называть «Второй аффидевит Гаусса»).

15 апреля 1946. Заявлено третье письменное ходатайство адвоката Зейделя о вызове в Суд свидетеля доктора Гаусса, который находился в Нюрнберге во внутренней тюрьме Дворца Правосудия [15, 563-564].

17 апреля 1946 г. на вечернем заседании Трибунала рассматривался вопрос о дополнительных ходатайствах защиты, и о вызове двух свидетелей подсудимому Риббентропу.

Первый свидетель - Густав Хильгер - германский дипломат. В 1923 – 1941 г. сотрудник посольства Германии в СССР. Этот свидетель был отозван из-за его болезни [15, 563-564].

Второй свидетель – барон Эрнст фон Вайцзеккер, – сотрудник министерства иностранных дел Германии, бывший статус - секретарь германского министерства иностранных дел, статс-секретарь Риббентропа 15, 563-564. (Далее «свидетель Вайцзеккер»). Вызываемые свидетели имели цель «дать показания о дискуссиях и договорных переговорах, которые состоялись в Кремле в Москве до германо- советского соглашения от 23 августа 1939 г., и предполагается, что заключение предполагаемого секретного соглашения рассматривали письменные показания Гаусса» (так в стенограмме –примечание автора) [15, 563-564]. То есть показания обоих свидетелей касались темы Договора о ненападении между Германией и Советским Союзом, - межправительственного соглашения, подписанного 23 августа

1939 г. главами ведомств по иностранным делам Германии и Советского Союза [15, 563-564].

Первым по вопросу заявленных ходатайств выступил заместитель главного обвинителя от Великобритании Дэвид Максвелл-Файф. Он высказал согласие на рассмотрение Судом третьего письменного ходатайства адвоката Зейделя, на принятии Трибуналом в качестве доказательств аффидевита

свидетеля доктора Гаусса и на его допросе [15, 563-564]. Следует отметить, что тема Договора о ненападении между Германией и Советским Союзом не

имела отношения к обвинению подсудимого Гесса, о котором шло слушание в тот день [15, 563-564]. Поэтому выступление английского обвинителя Максвелл-Файфа носило недружественный характер по отношению к Советской стороне процесса. Затем выступил адвокат Зейдель, который заявил, что у него уже есть копия «секретного дополнительного приложения» к Договору о ненападении между Германией и Советским Союзом от

23 августа 1939 г. [15, 565]. Также адвокат Зейдель указал, что у него есть и «копия секретного приложения к германо-советскому пограничному пакту от 28 сентября 1939». Дополнительно адвокат Зейдель указал, что у него есть «письменные показания посла, доктора Гаусса от 1 апреля этого года удостоверяющие, то, что эти копии верны тексту секретных соглашений от 23 августа и 28 сентября 1938.» [15, 565]. (Так в стенограмме – примечание автора). Как видим, адвокат Зейдель путается в названиях документов и датировке документов. Обвинитель от Великобритании Максвелл-Файф не заявил возражений по ходатайствам адвоката Зейделя. Более того, Максвелл-Файф считал, что «если доктор Зейдель представит предполагаемую копию договора, поддержанную письменными показаниями посла Гаусса, тогда это дополнительно усилит мой аргумент против разрешения его (доктора Гаусса – примечание автора) вызова в качестве свидетеля» [15, 565].

Таким образом, представитель обвинения от Великобритании Максвелл Файф поддержал намерение адвоката Зейделя и высказался за то, чтобы Трибунал не допрашивал свидетеля Гаусса, а лишь изучил документы, заявленные адвокатом Зейделем, - письменные показания свидетеля доктора Гаусса и фотокопии неких «секретных дополнительных протоколов» [15, 565]. По мнению автора это был также недружественное действие английской стороны обвинений по отношению к советской стороне обвинения. Совесткий обвинитель Покровский указал Трибуналу на то, что советская сторона обвинения 17 апреля 1946 г. предоставила Трибуналу подписанный главным обвинителем от Совесткгого Союза генералом Руденко «Официальный ответ советского обвинения по вопросу о том, считаем ли мы нужным удовлетворить ходатайство доктора Зейдля относительно группы вопросов связанных с германо-советским пактом 1939 г.» (Так в стенограмме – примечание автора). Суд заявил своё согласие на рассмотрение этого советского документа - «Официального ответа советской стороны обвинения…» [15, 565]. Впоследствии Трибунал рассмотрел и ходатайство адвоката Зейделя и Официальный ответ советского обвинения. Трибунал согласился с мнением советского обвинения и отклонил ходатайство адвоката Зейделя ввиду неизвестного происхождения так называемых «Секретных дополнительных протоколов», отсутствия их оригиналов, а также как не имеющих ни какого отношения к обвинению подсудимого Гесса, дело которого рассматривалось судом [22, 279]. Это решение было оформлено Трибуналом в меморандуме, который в историографии получил название «Меморандум В.Г. Митчелла трибунала о вынесении решений по дополнительным ходатайствам защиты о вызове свидетелей» [23, 19-25].

21 мая 1946 г. на вечернем заседании по ходатайству адвоката доктора Вальтера Симерса, защитника подсудимого Редера, в судебном заседании был допрошен свидетель Вайцзеккер. Допрос свидетеля Вайцзеккера касался торпедирования 3 сентября 1939 г. северо-западнее от Шотландии

английского пассажирского судна «Атония» и о «поведении и репутации» немецкого военно-морского флота Германии [22, 278]. Затем адвокату Зейделю была предоставлена возможность допросить свидетеля Вайцзеккера по вопросам «секретных дополнительных протоколов» к Договору о ненападении между Германией и Советским Союзом от 23 августа 1939 г.

Во время допроса свидетеля Вайцзеккера адвокат Зейдель попытался прочитать текст некоего документа, неизвестного происхождения, который он назвал «секретное соглашение». Также адвокат Зейдель попытался задать свидетелю Вайцзеккеру несколько вопросов на эту тему. Совесткий обвинитель генерал Руденко заявил протест против этих вопросов по двум основаниям. Прежде всего, потому, что Трибунал призван рассматривать дело о «преступлениях наглых немецких преступников, а не исследовать внешнеполитические вопросы союзных государств». А во вторых потому, что «документ, который пытается защитник Зейдель предъявить сейчас свидетелю, отклонён Трибуналом, так как он является по существу документом неизвестного происхождения, скорее фальшивкой, и конечно не может быть документом имеющим силу какого-то доказательного значения» [22, 278].

Таким образом, тот факт, что предоставляемый адвокатом Зейделем так называемый «секретный дополнительный протокол» есть не что иное, как фальшивка, было заявлен в судебном заседании Международного военного трибунала ещё 21 мая 1946 г.

Представитель американской стороны обвинения Томас Жезеф Дотт поддержал протест советской стороны [22, 279]. Председатель Трибунала потребовал от адвоката Зейделя объяснить происхождение этого «документа» [22, 279]. Адвокат Зейдль заявил, что он «получил этот документ несколько недель назад от человека с оюзной стороны, который показался абсолютно надёжным» [22, 279]. При этом адвокат Зейдель не

смог назвать дату, время и место встречи с тем самым «надёжным человеком», а также пояснить признаки, по которым он определил, что этот человек с «союзной стороны», то есть американец. Суд запретил адвокату Зейделю зачитывать этот «документ», но разрешил допросить свидетеля

Вайцзеккера. Свидетель Вайцзеккер не дал показания определённо по существу заданных ему вопросов. Его ответы носили характер предположений: «Весьма может быть, что прямо или косвенно такое изменение предусматривалось соглашением, однако я бы не стал приводить точную формулировку» [22, 280]. Свидетель Вайцзеккер указал, что видел лишь фотокопию подлинника и «возможно» сам подлинник. Затем он указал, что имел у себя фотокопию, а потом дополнил, что «имел фотокопию в своём

сейфе» [22, 280]. Таким образом, показания свидетеля Вайцзеккера опровергают миф о чрезвычайной секретности «Секретного дополнительно протокола». Ведь если с «Секретного дополнительного протокола» снимались фотокопии и широко распространялись среди руководителей невысокого уровня и даже хранились в их сейфах постоянно, то ни о какой секретности этого «документа» не может быть и речи. Свидетель Вайцзеккер был сотрудником Министерства иностранных дел Германии. Он должен

был хорошо владеть терминологией. Однако, в своих показаниях он постоянно путается и называет фотокопию «документа» по-разному: то «секретный протокол», то «секретное дополнение», то «секретное соглашение» [там же]. Следовательно, у свидетеля Вайцзеккера него не было этого документа, поскольку наименование документов в дипломатической службе (службе протокола), очень строгое, и искажение наименования документа сотрудниками дипломатами не допускаются. Из показаний Вайцзеккера следует, что было два Секретных дополнительных протокола.

Один к Договору о ненападении между Германией и Советским Союзом от 23 августа 1941 г. Второй к Договору о Дружбе и общих границах с датой «сентябрь или октябрь 1941 г.» При этом свидетель Вайцзеккер не указал, имелись ли у него в сейфе фотокопии обоих «Секретных дополнительных протоколов» или был только один из них. К тому же, поскольку «секретный дополнительный протокол» якобы есть не что иное, как приложение к Договору о ненападении между Германией и Советским Союзом, то вместе с фотокопией «секретного дополнительного протокола» должна была храниться и фотокопия Договора о ненападении между Германией и Советским Союзом, что свидетель Вайцзеккер также не указал. Свидетель Вайцзеккер не указал и судьбу фотокопии «секретного дополнительного протокола» после его отставки. Были ли фотокопии переданы его приемнику, сданы в отдел секретных документов или уничтожены [22, 277-281]. Трибунал в совещательной комнате суда рассмотрел ходатайство адвоката Зейделя о предъявлении свидетелю Вайцзеккеру некоей «фотокопии» некоего «секретного дополнительного протокола». Оценив информацию из «документов», представленных адвокатом Зейделем, показания свидетеля Вайцзеккера и показания других свидетелей, а также тот факт, «что неизвестно какое происхождение у документа, имеющегося у доктора Зейдля, трибунал решил не предъявлять документ свидетелю» [22, 281].

Именно на этом решении Трибунала, – отказа в принятии фальшивого «секретного дополнительного протокола», закончилось вечернее судебное заседание 21 мая 1946 г. Поддержание обвинения в суде и подготовка материалов для процесса требовали хорошей организации Обвинения. Все четыре Главных обвинителя от стран-участниц должны были действовать согласованно. С этой целью был образован Комитет обвинителей, состоявший из главных обвинителей каждой из стран - учредителей МВТ. Главные обвинители действовали коллегиально или индивидуально в сотрудничестве друг с другом. По мере необходимости проводились заседания Комитета обвинителей. 30 мая 1946 г. состоялось заседание Комитета обвинителей. На этом заседании присутствовали

господин Дюбост – делегация от Французской Республики, генерал Руденко - делегация от Советского Союза, господин Дотт – делегации от США, сэр Дэвид Максуэлл-Файф – делегация от Великобритании, а также майор Дюк. Комитет обвинителей обсудил несколько важных вопросов, касаемых организации перекрёстных допросов свидетелей, вызываемых защитой [24, 190-191]. На этом заседании Комитета обвинителей американский обвинитель Дотт отметил, что заявление адвоката Зейделя 21 мая 1946 г., будто он (Зейдель) «получил этот документ от неизвестного американского офицера», является «злонамеренным действием» (обманом). 1 июня 1946 г. Комитетом обвинителей был составлен и 5 июня 1946 г. был передан Трибуналу меморандум (обращение), в котором было указано на дефектности «документов», - «секретных дополнительных протоколов», представленных Зейделем в качестве доказательств Трибунал посчитал аргументы Комитета обвинителей убедительными, и удовлетворил его просьбу - отклонил ходатайство Зейделя о приобщении к делу сфабрикованных фотокопий «секретных дополнительных протоколов»

(фальшивок) [23]. 31 августа 1946 г в последнем слове Риббентроп упомянул о встрече со Сталиным в Москве в 1939 г., но не указал ни чего о «секретных протоколах» [25, 532-533]. Следовательно, ни каких «секретных дополнительных протоколов» не было. Международный Военный трибунал признал Риббентропа виновным и приговорил его к смертной казни через повешение [26, 510-511].

В настоящее время (2025 г.) доступно значительно больше информации о провокации с неким «секретным дополнительным протоколом», устроенной адвокатом Зейделем во время Нюрнбергского процесса в марте – мае 1946 г.

В своей книге «Дело Рудольфа Гесса. Документация защитника», вышедшей на немецком языке в Мюнхене в 1984 г., адвокат Зейдель подробно описывает эпизод с «секретными дополнительными протоколами». В этой книге он так объясняет появление у него неких «копий секретных дополнительных протоколов»: «В начале апреля, после допроса рейх министра фон Риббентропа, случилось следующее: я сидел во время перерыва заседаний на скамье в фойе зала суда один. Вдруг ко мне подошел человек лет тридцати пяти и сел рядом со мной на скамью. Он начал разговор следующими словами: "Господин доктор Зайдль, мы с большим интересом наблюдаем за Вашими попытками внести в судебный процесс в качестве доказательства секретный дополнительный протокол к германо-

советскому договору о ненападении от 23 августа 1939 года". Одновременно он передал мне незапечатанный конверт, в котором были два документа. Я достал оба документа и начал читать. Когда я закончил, то, к своему изумлению, должен был констатировать, что мой собеседник снова

исчез. Один из двух напечатанных на машинке документов имел следующее содержание: "Секретный дополнительный протокол к германо-советскому договору о ненападении от 23 августа 1939 года"… Вторым документом являлся "Секретный дополнительный протокол к германо-советскому

договору о границе и дружбе от 28 сентября 1939 года"... Я до сих пор еще не знаю, кто передал мне оба документа во время перерыва заседаний суда в

Нюрнберге. Однако многое говорит за то, что мне подыграли с американской стороны, а именно со стороны обвинения США или американской секретной службы. Однако в качестве доказательства

оба перепечатанные с "секретных дополнительных протоколов" текста сами по себе конечно еще не могли использоваться. Это не были ни фотокопии с оригиналов, ни заверенные государственными органами или нотариусом две отпечатанные на машинке бумаги» [19].

Как видим описание обстоятельств получения адвокатом Зейделем «секретных дополнительных протоколов» фантастично. Адвокат Зейдель, вне всякого сомнения, проявил недобросовестность по отношению ко всем участникам процесса, давая такое неправдоподобное пояснение. Наиболее подробно ситуацию с «секретными дополнительными протоколами» исследовал современный российский историк Плотников Андрей Николаевич. В своих публикациях Плотников А.Н. обращает особое внимание историков и всех интересующихся темой Международного военного трибунала в Нюрнберге на ряд моментов:

- Оригиналы Аффидевиты Гаусса, представленные суду в марте – мае 1946 г., представляют собой рукописные тексты;

- Адвокат Зейдель представлял Международному Военному Трибуналу машинописные тексты двух «секретных дополнительных протоколов» к Договору от 23 августа 1939 г. и к Договору от 28 сентября 1939 г., но ни как не «фотокопии» оригинальных документов [27];

- в архивном фонде РФ присутствует и некий «третий аффидевит Гаусса» от 17 мая 1946 г.

Официальное название этого документа такое: «Аффидевит (письменные показания) бывшего помощника министра иностранных дел Германии Ф. Гауса о секретном протоколе к советско-германскому договору о нейтралитете от 23 августа 1939 г. 17 мая 1946 г.» [16, 81-84].

Историк Плотников А.Н указывает, что этот Третий аффидевит Гауса от 17 мая 1946 г. не упоминается ни в каких документах Нюрнбергского процесса. Учитывая, что доктор Гаусс был ещё в апреле 1946 г. отправлен из Нюрнберга в лагерь для интернированных лиц «Лангвассер», можно сделать вывод о некорректности Третьего аффидевита Гаусса. Ведь адвокат Зейдель не имел возможности общаться с доктором Гауссом 17 мая 1946 г. То есть этот «документ» составлен без участия доктора Гаусса – это, вне всякого сомнения, подделка. Сам документ напечатан на печатной машинке с латинским шрифтом, но не с немецким [16]. Таким образом, можно сделать вывод, что фальшивки сначала изготавливались некими англо- язычными структурами, затем переделывались носителями немецкого языка и приобретали окончательную форму. На основании этого можно поставить вопрос о подлинности и Первого и Второго аффидевитов Гаусса, которые могли быть изготовлены таким же способом. То есть быть фальшивками,

так же как и «секретные дополнительные протоколы». Ни один из «секретных дополнительных протоколов» не был опубликован серьёзными газетами, хотя тема имела сенсационную значимость. Процесс был открытым, на нём были аккредитованы сотни журналистов со всего мира. Считается что некая провинциальная американская газета «St. Louis Post

Dispatch», принадлежавшая еврейским переселенцам, написала о показаниях Риббентропа, Гаусса и Вайцзеккера [16]. Однако действительно ли эта газета выпустила указанные материалы, в настоящее время нет возможности проверить, - американские спецслужбы с провокационными целями часто выпускали некоторые номера провинциальных газет повторно с нужными им статьями. Объяснить отсутствие в прессе публикаций о «секретных дополнительных протоколах» можно тем, что фальсификаторы боялись поднимать эту тему всерьёз. Ведь вопрос мог затронуть престиж

Советского Союза, и потому могла быть назначена экспертиза «секретного дополнительного протокола», чего фальсификаторы, конечно же, опасались. Таким образом, Международным военным трибуналом, заседавшим в Нюрнберге в 1945-1946 гг. установлено, что так называемые «Секретные дополнительные протоколы» к Советско-Германскому Договору о ненападении от 1939 г. – «фальшивка». Фактические действия в 1939 г. обеих сторон, Германии и СССР, подписавших Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом, не соответствовали тексту так называемого «секретного дополнительного протокола» [28, 30-32 и 42-43]. Народный комиссар иностранных дел СССР Молотов Вячеслав Михайлович, подписавший Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом 23 августа 1939 г. указывал неоднократно, что ни какого секретного дополнительного протокола к Пакту Молотова-Риббентропа не было и не могло быть. Так в книге Чуева Ф.И. «Сто сорок бесед с Молотовым. Из дневника Чуева» указано следующее: «9 марта 1986 г. Чуев: - На Западе упорно пишут о том, что в 1939 году вместе с договором было подписано

секретное соглашение… Молотов: - Никакого. Чуев: - Не было?

Молотов: - Не было. Нет, абсурдно.

Чуев: - Сейчас уже, наверно, можно об этом говорить.

Молотов: - Конечно, тут нет ни каких секретов. По-моему, нарочно распускают слухи, чтобы

как-нибудь, так сказать, подмочить. Нет, нет, по-моему, тут всё-таки очень чисто и ни чего похожего на такое соглашение не могло быть. Я-то стоял к этому очень близко, фактически занимался этим делом, могу твёрдо сказать, что это, безусловно, выдумка» [29, 20].

В 1946 г. в США были впервые опубликованы «фотокопии» «секретных дополнительных протоколов». Исследование этих «фотокопий» даёт возможность выявить ряд признаков их некорректности

(фальсификации):

- Подпись Народного комиссара иностранных дел Молотова В.М. выполнена в латинице;

- На протоколах советской стороны проставлены немецкие учётные номера, что не возможно;

- Гриф секретности «документа» проставлен в его названии. Что абсурдно. В соответствии с правилами секретного делопроизводства, гриф секретности должен быть проставлен в правом верхнем углу документа. Там же указывается и его учётные номера в материалах государственного ведомства,

а также номера листов дела архивного хранения [27].

В настоящей научной работе исследовано ТРИ аффидевита Гаусса. Однако анализ стенограммы Нюрнбергского процесса даёт возможность поставить вопрос о том, что аффидевитов Гаусса могло быть ЧЕТЫРЕ, так как в стенограмме за 17 апреля 1946 г. указано, что был аффидевит Гаусса и с да-

той 01 апреля 1946 г. [15, 565]. Поскольку стенограммы, выпущенные Мирошниченко С.А проверялись по аудио-записи, а также «в ходе подготовки к публикации была проведена большая подготовительная

работа, а именно параллельная сверка текстов английской стенограммы и опубликованных фрагментов стенограммы на русском языке», ошибки с датой быть не могло [30, 7].

В таком случае аффидевиты Гаусса имеют ЧЕТЫРЕ даты:

- 15 марта 1946 г. [20].

- 01 апреля 1946 г. [15, 565].

- 11 апреля 1946 г. [21].

- 17 мая 1946 г. [16, 81-84].

Как видим, происхождение аффидевитов Гаусса также имеет множество признаков некорректности, и принимать их в качестве надёжных доказательств невозможно. Для понимания причин совершения адвокатом Зейделем провокаций с целью подлога – внесения в материалы Трибунала фальшивого «секретного дополнительного протокола» следует обратиться

к некоторым пунктам Договор о ненападении между СССР и Германией от 23 августа 1939 г. Указанный Договор содержал следующее:

В статье 1: «Обе Договаривающиеся Стороны обязуются воздержаться от всякого насилия, от всякого агрессивного действия и всякого нападения в отношении друг друга как отдельно, так и совместно с другими державами»

В статье 3: «Правительства обеих Договаривающихся Сторон останутся в будущем в контакте друг с другом для консультации, чтобы информировать друг друга о вопросах, затрагивающих их общие интересы». В статье 5: «В случае возникновения споров или конфликтов между Договаривающимися Сторонами по вопросам того или иного рода, обе стороны будут разрешать эти споры или конфликты исключительно мирным путём в порядке дружеского обмена мнениями или в нужных случаях путём создания

комиссий по урегулированию конфликта» [5]. Глава Советского Союза Сталин И.В. так оценил значение Договора о ненападении между Гер-

манией и Советским Союзом: «Что выиграли мы, заключив с Германией пакт о ненападении? Мы обеспечили нашей стране мир в течение полутора годов и возможность подготовки своих сил для отпора, если фашистская

Германия рискнула бы напасть на нашу страну вопреки пакту. Это определённый выигрыш для нас и проигрыш фашистской Германии.

Что выиграла и что проиграла фашистская Германия, вероломно разорвав пакт и совершив нападение на СССР? Она добилась этим некоторого выигрышного положения для своих войск в течение короткого срока, но она проиграла политически, разоблачив себя в глазах всего мира, как кровавого агрессора. Не может быть сомнения, что этот непродолжительный военный выигрыш для Германии является лишь эпизодом, а громадный политический выигрыш для СССР является серьёзным и длительным фактором, на основе которого должны развернуться решительные военные

успехи Красной Армии в войне с фашистской Германией» [31, 11-12]. Как видим Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом не допускал ни каких агрессивных действий в отношении друг друга, а также содержал механизм разрешения споров или конфликтов между сторонами, в случае возникновения таковых. Поэтому любая из сторон, нарушившая Договор о ненападении, совершившая нападению на другую сторону, поступала «вероломно» и становилась агрессором, - виновником развязывания агрессивной войны. Международный военный трибунал не двусмысленно указал на то, что к Договору о ненападении между Германией и Советским Союзом не было ни каких «секретных дополнительных протоколов». В Приговоре МВТ в разделе «Агрессивная война против Союза Советских Социалистических Республик» прямо указано: «23 августа 1939 г. Германия подписала пакт о ненападении с Союзом Советских Социалистических Республик. Представленные доказательства безошибочно показывают, что Совесткий Союз со своей стороны придерживался условий этого пакта; и действительно, само германское правительство получало

заверения в этом из авторитетных источников. Так, германский посол в Москве сообщил правительству, что Советский Союз будет воевать только в том случае, если на него нападёт Германия, и этозаявление зафиксировано в германском дневнике боевых действий от 6 июня 1941 г. … От имени подсудимых выдвигалось утверждение о том, что нападение на СССР было оправдано потому, что Совесткий Союз намеревался напасть на Германию, и готовился к этому. Невозможно поверить, что эта точка зрения когда-либо являлась искренним убеждением. Планы экономической эксплуатации СССР, массового угона населения, убийства комиссаров и политических руководителей являются частью тщательно разработанного плана, выполнение которого началось 22 июня без какого-либо предупреждения и без тени законного оправдания. Это была явная агрессия» [4, 84 - 88]. Таким образом, в ходе Нюрнбергского процесса было опровергнуто существование «секретного дополнительного протокола», что является фактом, установленным Приговором Международного военного Трибунала. Подводя итог исследованию отметим: - Пытаясь внести в материалы Трибунала фальшивый «секретный дополнительный протокол»

адвокат Зейдель и некие сообщества, за ним стоявшие, пытались бросить тень на авторитет СССР, и снять обвинение Германии в агрессии против Польши и в агрессивной войне против СССР.

- Международный Трибунал официально отверг «секретные дополнительные протоколы». Генерал Руденко назвал их фальшивыми, комитет обвинителей поддержал это мнение. Трибунал своим определением в Меморандуме от 13 мая 1946 г. (Меморандум В.Г Митчелла) отказал в приобщении копий «секретных дополнительных протоколов» к материалам дела [23].

- Американский обвинитель Дотт назвал действия адвоката Зейделя «злонамеренными», имеющими «явно провокационный характер». Комитет обвинителей и трибунал счел такую оценку поведения адвоката Зейделя верной [24]. Следует также иметь в виду, что подлинник приговора МВТ в архивном фонде РФ отсутствует [32], а текст Приговора МВТ в сборниках материалов Нюрнбергский процесс не аутентичен оглашенному приговору [33]. В связи с тем, что в настоящее время (2025г.) подлинник приговора Международного Военного Трибунала, заседавшего в Нюрнберге в 1945 - 1946 гг., для исследования не доступен, а текст Приговора в сборниках материалов и в единицах хранения ГА РФ не аутентичен Приговору, оглашенному 30 сентября и 01 октября 1946 г., сделать вывод о том, был ли факт провокации с фальшивкой – «фотокопией секретного дополнительного протокола» прямо указан в Приговоре Международного Военного Трибунал, не возможно. Причины, по которым американская и английская стороны судебного процесса часто становились на сторону подсудимых и не принимали решительных мер по недопущению провокаций, является

то, что американцы ещё в 1943 г. считали, что немецкие преступники им могут быть полезны для послевоенного переустройства Европы. Так представитель военного министерства США полковника Винлокк 27 июля 1943 г. в речи на совещании персонала лагерей заявил следующие принципы работы с немецкими военнопленными: «Помните, для нас, американцев, для будущей Европы непопулярные до сих пор национал-социалисты могут быть и будут полезней и удобней разных антифашистов и вообще демократов… В Германии и в Европе мы, американцы, будем устанавливать порядок, а для этого нам нужны многочисленные и близкие нам по духу и убеждению кадры…» [34, 653]. В исторической справке «Фальсификаторы истории», выпущенной Советским информационным бюро в 1948 г., указаны причины появления фальшивок, подобных «Секретному дополнительному протоколу»: «Фальсификаторы истории и прочие реакционеры недовольны тем, что Советскому Союзу удалось умело использовать советско-германский пакт в целях укрепления своей обороны, что ему удалось раздвинуть свои границы далеко на запад и преградить путь беспрепятственному продвижению немецкой агрессии на Восток, что гитлеровским войскам пришлось начать своё наступление на Восток не с линии Нарва – Минск – Киев, а с линии, проходившей на сотни километров западнее, что СССР не истёк кровью в Отечественной войне, а вышел из неё победителем» [35, 55].

ВЫВОДЫ:

По мнению Комитета обвинителей представленный Трибуналу «секретный дополнительный протокол» есть не что иное, как фальшивка, а действия адвоката Зейделя, представившего «секретный дополнительный протокол» в Суд были «злонамеренными». Трибунал признал мнение Комитета обвинителей правильными и пресёк провокационные попытки приобщить к материалам Международного Военного трибунала фальшивый «секретный дополнительный протокол». Провокация с попыткой приобщить «секретный дополнительный протокол» совершалась с намерением снять обвинение с гитлеровской Германии в преступлении против мира. Приговором Международного военного трибунала, заседавшего в Нюрнберге, Германия была признана агрессором по отношению к Союзу Советских Социалистических Республик.

Следовательно, то, что «секретный дополнительный протокол» есть не что иное, как фальшивка – факт, установленный Приговором Международного Военного Трибунала.

V International scientific conference | www.naukaip.ru

Список источников:

1. «Обращение тов. И.В. Сталина к народу. 9 мая 1945 г.» Сталин И.В. «О Великой Отечественной войне Советского Союза». Издание пятое. Государственное издательство Политической Литературы. ОГИЗ. Москва.1947 г.

2. Межправительственное соглашение СССР, США, Великобритании и Франции о судебном преследовании и наказании главных военных преступников европейских стран Оси. ГА РФ. Ф. Р- 7445.Оп. 1. Д. 2603.Л.1-4. Копия.

3. Устав Международного Военного Трибунала. ГА РФ. Ф. Р-7445. Оп. 1. Д.2603. Л. 5-16.

4. Приговор Международного Военного Трибунала, заседавшего в Нюрнберге. ГА РФ. Ф. 7445. Оп.1 Д. 1647.

5. «Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом» от 23 августа 1939 г. АВП РФ. Ф. 3а. Д. 243. – Германия.

6. «Германо-Совесткий Договор о дружбе и границе между СССР и Германией» от 28 сентября 1939 г. АВП РФ. Ф.3а. Д. 246 – Германия.

7. «Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом». Известия. Газета. 1939 г. 24 августа.

8. «Германо-Совесткий Договор о дружбе и границе между СССР и Германией». Известия. Газета. 1939 г. 29 сентября.

9. Мирошниченко С.А. Стенограмма Нюрнберга. Сб. документов. Том 10. Перевод С.А Мирошниченко. 2-е издание. Доп. – М. Милитера. 2025.- 604 с. (Нюрнберг материалы).

10. Welt Geschichte in Daten. VEB Deutscher Verlag der Wissenschaften Berlin 1965. Перевод на русский язык. Васин В.Г. Всемирная история. Даты и события. Издательство «Международные отношения». Москва. 1968.

11. Мирошниченко С.А. Стенограммы нюрнбергского процесса. Том 14.С.А Мирошниченко. 2-е издание. Доп. – М. Милитера. 2025.- 621 с. (Нюрнберг материалы).

12. Некий «Секретный дополнительный протокол» от 23 августа 1939 г. Единица хранения неизвестного происхождения. Некая «сохранившаяся машинописная копия». Находится на хранении в Архиве внешней политики РФ. АВП РФ. Ф. 06, Оп.1 П.8, Д. 77. Л.1-2.

13. Некий «Секретный дополнительный протокол» от 28 сентября 1939 г. Единица хранения неизвестного происхождения. Некая «сохранившаяся машинописная копия». Находится на хранении в Архиве внешней политики РФ. АВП РФ. Ф. 06. Оп. 1. П. 8. Д. 77. Л. 5.

14. Мирошниченко С.А. Стенограмма Нюрнберга. Сб. документов. Том 9. Перевод С.А Мирошниченко. - 2-е издание. Доп. – М. Милитера. 2025.- 604 с. (Нюрнберг : материалы).

15. Мирошниченко С.А. Стенограмма Нюрнберга. Сб. документов. Том 10. / Перевод. Составитель С.А Мирошниченко. 2-е издание. Доп. – М. Милитера. 2025. – 571- с.- (Нюрнберг : материалы).

16. Третий Аффидевит Гаусса от 17 мая 1946 г. Аффидевит (письменные показания) бывшего помощника министра иностранных дел Германии Ф. Гауса о секретном протоколе к советско-германскому договору о нейтралитете от 23 августа 1939 г. 17 мая 1946 г. // ГА РФ. Ф. Р-7445. Оп. 2. Д. 404. Л. 81-84. Копия. Нем яз.

17. Мирошниченко С.А. Стенограмма Нюрнберга. Сб. документов. Том 9. Перевод С.А Мирошниченко. 2-е издание. Доп. – М. Милитера. 2025.- 604 с. (Нюрнберг материалы).

18. Приговор МВТ. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов в двух томах. Том 2. Государственное издательство юридической литературы. Москва. 1951.

19. Alfred Seidl, Der Fall Rudolf Hess 1941-1984. Dokumentation des Verteidigers / 1984 by Univer[1]

sitas Verlag, München.

20. Плотников А. Неизвестные документы Нюрнбергского процесса. Часть 1. Первый аффидевит Гаусса. https://web.archive.org/web/20170403110717/http://spandau-prison.com/neizvestnye-dokumentynjurnbergskogo-tribunala-chast-1/ Дата посещения 20 декабря 2025г.56Vеждународнанауч

21. Плотников Н. Неизвестные документы Нюрнбергского процесса. Часть. 2. Второй аффидевит Гауса. https://web.archive.org/web/20170404043517/http://spandau-prison.com/neizvestnye-dokumentynjurnberga-2/ дата посещения 20 12 2025 г.

22. Стенограмма Нюрнберга : сб. документов : Том 13 / пер., сост. С.А. Мирошниченко. — 2-е изд., доп. — М. : Милитера, 2025. — 597 с. — (Нюрнберг : материалы).

23. «Меморандум В.Г. Митчелла трибунала о вынесении решений по дополнительным ходатайствам защиты о вызове свидетелей». ГА РФ Ф. Р-7445. Оп.1. Д.2619. Л. 19-25. Копия.

24. Протокол заседания главных обвинителей от 30 мая 1946 г. (Извлечения). Нюрнбергский процесс. Сборник материалов в 8-ми томах. Том 1. Москва. Юридическая литература. 1987 г.

25. Последнее слово подсудимого Г. Франка. Сборник материалов в 8-ми томах. Том 8. Москва. Юридическая литература. 1999 г.

26. Фотокопия резолютивной части Приговора МВТ. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов в семи томах. Государственное издательство юридической литературы. Том 7-ой. Москва. 1961.

27. Плотников А.Н. «Неизвестные документы Нюрнбергского трибунала. Часть 2. Второй аффидевит Гауса». https://spandau-prison.livejournal.com/10692.html Дата посещения 28 декабря 2025 г.

28. Вторая мировая война. Итоги и уроки. Военное издательство. Москва. 1985.

29. Чуев Ф.И. Сто сорок бесед с Молотовым. Из дневника Чуева. «Терра»-«Terra». Москва. 1991

г. ISBN: 5-85255-042-6.

30. Мирошниченко С.А. Стенограмма Нюрнберга: сб. документов: Том 1 / пер., сост. С.А. Мирошниченко. – М.: Милитера, 2025.-538 с. – (Нюрнберг : материалы).

31. Сталин И.В. «Выступление по радио 03 июля 1941 г.» Сталин. И.В. «О великой Отечественной войне Советского Союза». Издание пятое. Государственное издательство политической литературы. ОГИЗ. Москва.1947 г.

32. Горохов, В. М. Отсутствие в архивных фондах Российской Федерации подлинника приговора Нюрнбергского судебного процесса по делу главных немецких военных преступников / В. М. Горохов // Современные проблемы науки, общества и образования : сборник статей VII Международной научно-

практической конференции, Пенза, 27 декабря 2024 года. – Пенза: Наука и Просвещение (ИП Гуляев Г.Ю.), 2024. – С. 41-50. – EDN TKYSVY.

33. Горохов, В. М. К вопросу об искажении текста приговора Международного военного трибунала в сборниках материалов «Нюрнбергский процесс / В. М. Горохов // Власть истории и история вла-

сти. – 2024. – Т. 10, № 1(51). – С. 119-129. – EDN BGWSAE.

34. Речь представителя военного министерства США полковника Винлокка от 27 июля 1943 г. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов в семи томах. Государственное издательство юридической литературы. Москва. 1961.

35. «Фальсификаторы истории» (исторической справка). Советское информационное бюро. ОГИЗ. Госполитиздт.М.1948. 80 с.

Составлено по научной работе Горохова В. М. «Нюрнбергский процесс Международного Военного Трибунала о подлоге «секретного дополнительного протокола» к советско-германскому Договору о ненападении от 1939 Г. (пакт Молотова - Риббентропа)».

Ссылка для цитирования: Горохов, В. М. Нюрнбергский процесс Международного Военного Трибунала о подлоге «секретного дополнительного протокола» к советско-германскому Договору о ненападении от 1939 Г. (пакт Молотова - Риббентропа) / В. М. Горохов // Современное общество, наука и образование: актуальные вопросы, достижения и инновации : Сборник статей V Международной научно-практической конференции, Пенза, 29 декабря 2025 года. – Пенза: Наука и Просвещение (ИП Гуляев Г.Ю.), 2025. – С. 40-56.